Анастасия Петракова «Танец огня на «смертном» одре».

Леон Агулянский — врач-уролог, писатель, драматург, член CП России и Союза русскоязычных писателей Израиля, член Гильдии драматургов России и Гильдии драматургов США, лауреат литературной премии им. А. П. Чехова (2009)

Свершилось! На смоленских подмостках поставлен серьезный, мощный с точки зрения драматургии спектакль – 6 ноября на Большой сцене драмтеатра состоялась премьера постановки Виталия Барковского «Видеть надо душой» по одноименной пьесе израильского драматурга Леона Агулянского. 

«Для меня большая честь, что первыми зрителями постановки «Видеть надо душой» стали смоляне, — признался драматург, прилетевший в Смоленск из Нью-Йорка. – Я рад, что моя пьеса попала в руки Барковского – большого мастера сцены, с которым мы настроены на одну волну».

Фабула предельно проста – соскучившаяся по своим успешным детям старуха-мать разослала письма, в которых сочла необходимым сообщить о своей скорой кончине. Сыновья и дочь приехали проводить мать в последний путь. Каково же было их удивление, когда отпрыски обнаружили, что мама пребывает в добром здравии, и единственный конфуз заключается в том, что эксцентричная старушка забыла, куда же она спрятала деньги!

Тут-то и начинается раскручиваться тугая пружина интриги – часовой бомбы замедленного действия: господа, категорически подчеркивающие, что они «не друзья, а родственники», начинают делить наследство при живой матери! Да вот беда – чтобы поделить деньги на доли по признаку крови, нужно их сначала найти…

…Привычная коллизия для современности, выстроенной людьми с прогнившей и ослепшей душой, не так ли? На сцене, утопленная в темноту ее пространства, – маленькая пожилая женщина в блестках и пером в диадеме. Людмила Сичкарева куражится, дерзко хохочет, подчеркивая неуместной для столь почтенного возраста эксцентрикой свой… склероз, сыгравший с вороньем во фраках и черных вечерних платьях, оттеняющих наготу, недобрую шутку. Ну а те, кто примчался издалека скорбеть у смертного одра и пролить лживые крокодильи слезы, с непритворным ужасом и раздражением вынуждены наблюдать хитроумные материнские эскапады. И включиться в странную игру, придуманную той, что дала им жизнь.

А зачем им жить, этим черным, лоснящимся от собственного благополучия футлярам? Неужели лишь для того, чтобы приумножать состояние? Без эмоций, без любви и сострадания, нивелированных этикетом? Их жизнь – механическое тиканье часов. Пружина зарождающегося на сцене конфликта медленно раскручивается, и зритель понимает, что эти черные гротескные живые футляры отнюдь не пусты – они под завязку наполнены раздавленными под колесами внутренних катастроф чувствами. Чувствами, принесенными в жертву эгоизму и стремлению жить, как все. Жить без души, молясь на золотого тельца.

На сцене – присущий Барковскому минимализм. Выстроившиеся в ряд стулья, над ними – сияющее хитросплетение нитей-канатов, которые тянутся, как может показаться, из сердца матери, ко всем и ни к кому в частности. Нити — материализация разобщенности, разорванности кровных уз. Игра этих нитей – излюбленный прием авангардиста, который наилучшим образом способствует пониманию визуального смысла происходящего на сцене. Более глубокого, философского смысла, размытого незамысловатыми репликами и нашедшего выражение в пластическом языке героев. В фантасмагорической пляске огня, танце африканской страсти, исполненном фактически на смертном одре, который помогает понять, что в головах этих людей. А в головах у них – …крокодилы алчности! «Крокодилы в головах…», — шепчет мечущаяся на сцене пожилая женщина, пишущая свой странный сценарий, и сквозь черствую почву человеческой комедии прорастает чудовищная драма. Трагедия одинокого человека, который на склоне лет не нужен ни чужим, ни своим… Человека, у которого, возможно, появляется шанс переписать окружающую его жизнь.

Постановка – тонкая, многогранная, пронизанная пульсирующей сетью смысловых нюансов, прочтение которых – гораздо более увлекательное занятие, нежели разгадывание кроссвордов!

«У стариков в конце жизненного пути не только теряется память – изменяется мышление и сама система ценностей. Претендуя на абсолютную правоту, наши отцы и матери уходят в свой внутренний мир. Возмущенные непониманием окружающих, копят деньги, не осознавая вполне, зачем, — говорит Леон Агулянский. — Но моя пьеса не об этом. Скорее, о том, что родители хотят написать судьбу своих детей. А жизнь пишет свой жесткий и непредсказуемый сценарий, и никакие деньги тут уже не помогут…Для меня самое главное, что человек, посмотревший спектакль, признается кому-то в любви или навестит родителей-стариков. Попросит у них прощения…». 

Идею пьесы «Видеть надо душой» драматург вынашивал около двух лет. Год назад, после премьеры моноспектакля «Дирижер» в разговоре с главным режиссером Смоленского драмтеатра Виталием Барковским Леон узнал, что Виталий Михайлович ищет сильную пьесу для юбилея народной артистки России Людмилы Сичкаревой. Барковскому хотелось высветить, выгодно оттенить яркие грани таланта актрисы с помощью качественного, современного драматургического материала.

С госпожой Сичкаревой Леон Агулянский познакомился на IV Международном театральном фестивале «Смоленский ковчег»: «Я не видел Людмилу Александровну на сцене, но внутреннее свечение, энергетика, харизма этой актрисы произвели на меня глубочайшее впечатление! К тому же я давно заметил, насколько интереснее и проще прописывать роль для конкретного актера. Его образ, аура существуют в сознании как некий костяк, на который нанизывается характер сценического героя».

Кстати, накануне премьеры постановки «Видеть надо душой» на смоленской сцене, в Москве прошел премьерный показ еще одного спектакля по пьесе Леона Агулянского — «Любовь. Собак@. Точка. Ru» с Марией Ароновой и Андреем Ургантом в главных ролях.

Сегодня драматург пишет еще одну пьесу на злобу дня, которая, по словам Леона, «может оказаться несколько провокативной для российского театра».

— Но я все равно попытаюсь предложить ее русским режиссерам, и, прежде всего, Виталию Барковскому, — заявил Агулянский.

P.S. Мне кажется, каждому ценителю подмостков стоит посмотреть эту постановку по пьесе, которая была написана специально для народной артистки РФ Людмилы Сичкаревой и – эксклюзивно! – для смоленского драмтеатра.

Смотрите и решайте, что для вас важнее: деньги или любовь?

Слышим ли мы друг друга?

Хотим ли мы понять близкого нам человека?..

В ролях заняты Екатерина Шаова, Вера Дуплий, заслуженный артист РФ Сергей Тюмин, Валерий Брыксин, Юрий Гапеев, Юлия Пушкина и Екатерина Максимова. 
Автор: Анастасия Петракова

Из газеты РАБОЧИЙ ПУТЬ Среда 11 ноября 2015 года

http://www.rabochy-put.ru/culture/68426-tanets-ognya-na-smertnom-odre.html

Берущая за душу проза Леона Агулянского реалистична по форме и романтична по сути. Язык его удивительно точен и чист. Автора интересует лишь главное в жизни: любовь и ненависть, смысл жизни и смерть, память и забвение.

Михаил ВеллерПисатель

Проза Агулянского лаконична и содержательна. В небольшом объёме сконцентрирована увлекательная история, достойная романа. Стиль отточен. В наш электронный век будущее за такой прозой

Александр Галибин Народный артист России

«Дирижер».
Минский областной драматический театр (Молодечно)

Леон Агулянский «Дирижер» Минский областной драматический театр (Молодечно) Режиссер и исполнитель Валерий Анисенко Премьера состоялась 25.02.18 Уникальная история дирижера из Франции Миши Каца легла в

Читать полностью »

«Любовь.Собак@Точка.RU»
Театр «Матара». Израиль.

Леон Агулянский «Любовь.Собак@Точка.RU» Театр «Матара». Израиль Режиссер Геннадий Юсим Музыка Аркадия Хаславского На сцене: Ирма Мамиствалова и Геннадий Юсим Как ни покажется странным, сюжет этой

Читать полностью »
Здравствуйте, Леон.